В Москве состоялась премьера, которую давно ждали, несмотря на более чем скромное и невыразительное название — «Двое». Ждали, потому что это Дмитрий Крымов, у которого только за год это уже третья премьера, и одна интереснее другой. В компании Леонида Робермана он сочинил историю, основанную на реальных событиях: встреча в 1942 году в Нью-Йорке двух гениев — Соломона Михоэлса и Чарли Чаплина.

Дмитрий Крымов поставил спектакль о встрече Михоэлса и Чаплина Фото: пресс-служба театра

«Двое» играют во втором корпусе Музея Москвы, где прежде играли и крымовского «Бориса Годунова». Похоже, что это пространство приносит удачу тандему художник Крымов — менеджер Роберман. Спектакль еще не начался, а в фойе, слева от входа в зал, в специально выделенном месте на огромном диване лежит огромный человек. Он повернулся лицом к стене, но по характерной лысине в обрамлении черных волос понятно, что это не кто иной, как Михоэлс, художественный руководитель Государственного еврейского театра (ГОСЕТ). Он не видит, как на экране слева под углом от дивана бегает Чарли Чаплин — вверх-вниз по лестнице. Усики, котелок, ноги в первой позиции. Стрекочущий звук пленки в допотопном киноаппарате. Больше ничего, но почему-то немного грустно. Вот такая эмоциональная инсталляция предваряет спектакль, который будет зашкаливать по эмоциям.

Дмитрий Крымов поставил спектакль о встрече Михоэлса и Чаплина Александр Кубанин и Глеб Ромашевский. Фото: пресс-служба театра

А в это время в пустом пространстве перед зрительскими трибунами сидит уже другой Михоэлс — в профиль к зрителям, и вся его фигура в сером габардиновом плаще выражает ожидаемый страх и ужас. Руководителя ГОСЕТа вызвали к товарищу Сталину. Перед ним ковровая дорожка, в глубине плотно закрытая дверь (судя по всему, перед кабинетом) и ординарец в гимнастерке, но без знаков отличия, за столом. Кукольный Михоэлс то и дело роняет шляпу, ординарец подбирает и, не церемонясь, нахлобучивает на голову гениального артиста. Входит Сталин.

Нет, не входит — влетает на согнутых, точно подагрических ногах, часть лица в крови, голос противный. Смотрит в зал:

— Всех посадили?

— Пятьдесят процентов, товарищ Сталин. Как положено.

Зал смеется.

Вот в этом весь Крымов: его текст имеет подтекст, и не один. Так будет на протяжении двух часов, за которые случатся: поручение Сталина Михоэлсу — отправиться в Америку и достать у богатых евреев денег для оборонки СССР, борющегося с фашизмом, полет из Москвы в Нью-Йорк, встреча Михоэлса с Чаплиным в его квартире, разговор двух великих. Наверное, обо всем.

Так себе нафантазировал историческую встречу Дмитрий Крымов, которая на самом деле длилась всего две минуты. Его фантазии неожиданные в поворотах, яркие, похожие на сон и полет героев Шагала над землей. При плотности мизансцен и их эмоциональной насыщенности темпоритм спектакля неспешен, но это нисколько не смущает и не заставляет скучать, потому что все, что разворачивается в пространстве, которое к тому же еще открывается в глубину, постоянно удивляет.

Дмитрий Крымов поставил спектакль о встрече Михоэлса и Чаплина Максим Виторган и Роза Хайруллина. Фото: пресс-служба театра

Удивляет, как выстраиваются основные темы — художник и власть (времена не в счет), художник как существо, отличающееся от других при одном условии — если он настоящий художник. Как эти линии сходятся, разлетаются, захватывая в свою орбиту время, реалии прошлого и настоящего, судьбы других людей. И, конечно, сам театр, о котором Дмитрий Крымов размышляет независимо от того, что ставит — «Дон Жуана» с его генеральной репетиции (в «Мастерской Фоменко»), «Чайку» (Пушкинский театр) или вот теперь «Двое» в Музее Москвы. И, похоже, не отпускает его.

Два главных героя, два гения… Чаплин и Михоэлс — Роза Хайруллина и Максим Виторган. Оба замечательно работают, и Максим Виторган в роли Михоэлса весьма неожиданен. Их двойники — ростовые куклы, каждая под три метра, не меньше, со сложнейшим внутренним механизмом (блистательная работа Виктора Платонова). Чтобы с такими справиться, нужно как минимум пять кукловодов, каждый из них отвечает за движения рук с огромными кистями, ног, головы… У кукловодов еще и свои роли, так что фантазии Крымова весьма трудоемкие и требуют внимания, напряжения всех четырнадцати артистов, разыгрывающих историческую встречу. Но даже на первом показе напряжения, усилий не видно — спектакль летит как по нотам.

Сталин ходит колесом между гениями. Чаплин с американским смайлом на лице, Михоэлс со скорбью всего еврейского народа в глазах. Птица в клетке, поющая оперу. Женщины Америки, охраняющие свою независимость, Советский Союз, в котором нет антисемитизма, и Гватемала, которая тоже им не страдает, зависимость качества кофе от свободы и наоборот. Наконец, театр в театре с его зажимами, сменами амплуа, шутовство с трагической изнанкой. Все это видно и читается в спектакле Дмитрия Крымова «Двое». А сколько еще за этим… Браво!

Добавить комментарий